Региональное общественное движение содействия развитию русско-армянских отношений

 
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size
Дискуссионный клуб

Евразийское понимание еврорегионов: как интегрировать непризнаные государства в ЕАЭС?

ХАЧИК ГАЛСТЯН 

Кандидат политических наук, доцент кафедры истории и теории политической науки ЕГУ, член Евразийского экспертного клуба

Размещено: 20 октября 2015 года, во вторник

Евразийский экономический проект постепенно набирает обороты. Все новые страны и участники этого общемирового процесса присоединяются к идее построения единого экономического пространства, выражают желание к более тесному сотрудничеству с ЕАЭС, ставя перед собой цель обеспечения благополучия, взаимовыгодного сотрудничества, стабильности и суверенности своих национальных экономик.
Очевидно, что по мере распространения границ ЕАЭС, включения новых игроков и расширения евразийской интеграционной идеи, появляются новые вызовы и проблемы, которые, в свою очередь, требуют неадекватных решений, нестандартных подходов и новых парадигмальных концепций.

Одной из таких проблем, перед которой в ближайшем будущем, по всей вероятности, столкнется ЕАЭС, касается проблеме интегрирования конфликтных территорий и так называемых “непризнанных государств” в единое экономическое, политическое и культурно-цивилизационное пространство Евразийского союза. Ведь не секрет, что в евразийском пространстве существуют немало таких реальных и потенциальных конфликтогенных очагов сопротивления, которые из локального, регионального масштаба могут трансформироваться в крупномасштабные вооруженные столкновения глобального характера. И поэтому, как с теоретической, так и с практической точки зрения, разработка новых парадигмальных подходов к пониманию методов урегулирования старых, наболевших конфликтов на территории евразийского пространства является вопросом первостепенной, стратегической важности.

Концепция еврорегионов: насколько идея применима в случае евразийского пространства?

В плане долгосрочного урегулирования этнополитических конфликтов и налаживания приграничного сотрудничества одним из эффективных методов является интеграционный подход. Интегрирования конфликтующих стран, сторон и сообществ в единое экономическое, политическое и культурное пространство способствует снижению эмоционального напряжения, конфликтного восприятия сторон, помогает ценностной трансформации и нахождения общих, взаимовыгодных интересов, на основе которых ранее конфликтующие субъекты переоценивают взаимоотношения между собой, от конфликтного противостояния переходят к совместному поиску выхода из кризисных ситуаций и конфликтов. Как правило, в таких случаях, появление объединяющей идеи, новой парадигмы заставляет по другому взглянуть на старые проблемы, прибегнуть к методам кризисной дипломатии (Altius Diplomacy [1]), прыгать “выше головы”, находить альтернативные, нестандартные и оригинальные решения, реализовать креативный потенциал урегулирования конфликтов.

В этом смысле весьма своеобразным механизмом урегулирования конфликтов и налаживания приграничного сотрудничества является идея еврорегионов, которая широко применяется в рамках европейской интеграции. В самом широком смысле понятие “еврорегиона” дается в документе Совета Европы, где данное понятие предполагает чувство принадлежности к Европе, стремление участвовать в европейской интеграции, поддерживать местные и региональные власти к сотрудничеству в интересах общей пользы. [2] Однако, многие эксперты обращают внимание на то, что многообразие формулировок понятия “еврорегиона” отчасти связано и с тем фактом, что каждый исследователь, определяя понятие, старается подчеркнуть тот или иной аспект этого многогранного явления [3]. И несмотря на многообразие и многочисленность формулировок общепринятого подхода так до сих пор не найдено. Этому есть несколько объяснений: во-первых, не существует единой правовой формы оформления или единой модели еврорегиона, а, во-вторых, многое зависит от выбранного направления исследования. Эти подходы одинаково важны, поскольку помогают взглянуть на явление с разных сторон и составить более объективное представление о нем [4]. Данная концептуальная путаница, в свою очередь, означает, что понятийная концептуализация “еврорегиона” еще полностью не завершена, и к нему можно прикрепить новые смысловые дополнения.

В частности, с точки зрения евразийской интеграции весьма перспективным может показаться применение опыта еврорегионов и приграничного сотрудничества в контексте рассмотрения возможности урегулирования этнополитических конфликтов и налаживания механизмов сотрудничества на евразийском пространстве. В этом смысле, с одной стороны, использование понятия “евразийские регионы” может включать в себе смысловое поле еврорегионов, а с другой – дополняться новым концептуальным содержанием.


Евразийские регионы: концептуализация идеи


В научно-экспертной среде идея “евразийского региона” была озвучена еще несколько лет тому назад. В частности, в рамках различных конференций и форумов такую модель евразийской интеграции предложили представители Приднестровья, предлагая концепцию “евразийского региона” как возможного статуса для Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья, позволяющего и непризнанным (или частично признанным) государственным образованиям, сформировавшемся на постсоветском пространстве, вовлечься в евразийские интеграционные процессы . Так, например, выдвигая идею формирования “евразийского региона Приднестровье”, авторы определяют ее как “трансгеографическое образование инновационного типа, основанное на принципах культурно-языкового и исторического единства, производственной кооперации, технологической и экономической общности входящих в его состав экономических территорий” [6]. В этом смысле, понятие “евразийский регион” мало чем отличается от еврорегионов. Если исходить из наиболее общей формулировки понятия “еврорегиона”, данной Советом Европы, то в случае определения “евразийских регионов” получится, что статус евразийских регионов можно присвоить темп риграничным территориальным единицам, которые в географическом, культурно-историческом и экономическом плане являются частью евразийского пространства, показывают определенное стремление участвовать в евразийских интеграционных процессах и предъявляют желание к приграничному взаимовыгодному сотрудничеству. Но в этом случае получиться, что понятие “евразийских регионов” полностью будет совпадать с концепцией еврорегионов. Если иметь в виду чисто приграничное торгово-экономическое сотрудничество, так и на самом деле есть, поскольку в рамках Евразийского союза тоже существуют ряд еврорегионов, которые ничем не отличаются от своих европейских аналогов.На территории России, Белоруссии, Украины и других приграничных государств сформированы больше десятка еврорегионов, которые функционируют по общему европейскому принципу [7].

В случае использования понятия “евразийского региона”, по нашему мнению, существенной отличительной чертой может стать непризнанность государственных образований и наличие ярко выраженных конфликтных отношений между приграничными государствами. Чем,на наш взгляд, “привлекательна” данная концепция? Дело в том, что очень часто, когда имеем дело с процессами урегулирования этнополитических конфликтов, восприятие сторон по поводу сущности конфликта, их предмета, основных формулировок, определений и т.д.иногда становятся серьезной преградой для достижения взаимопонимания и мира между конфликтующими сторонами. Так, например, в случае Карабахского конфликта, в 1994 году, когда подготавливался документ о прекращении огня на линии соприкосновения, несмотря на то, что все конфликтующие стороны были готовы к подписанию данного соглашения, камнем преткновениястало определение территорий, подконтрольных карабахскими силами самообороны. Азербайджанская делегация настаивала, что в тексте документа было зафиксировано определение “оккупированные территории”, в том время, как представители Республики Армения выдвигали вариант “освобожденные территории”, а карабахская сторона, в свою очередь, настаивала на другой, весьма специфической формулировке – “территории, оккупированные Нагорно-Карабахскими силами самообороны”. И только гибкость и креативность российского сопредседателя спас ситуацию, когда было предложено более нейтральное понятие в виде “занятых территорий.”

Аналогично, в случае использования понятия “евразийский регион” хотя бы с внешней стороны снимаются определенные противоречия. Ведь никто не сможет оспорить тот факт, что как Нагорный Карабах, так и Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, ДНР и ЛНР на самом деле и с географической, и культурно-исторической точки зрения являются неотъемлемой частью евразийского экономического пространства. Присвоение данных государственно-территориальных образований статуса “евразийского региона” с одной стороны, может существенно снизить конфликтное восприятие, а с другой – способствовать интеграционным процессам и, в частности, процессам урегулирования этнополитических конфликтов.

Ведь не секрет, что в рамках интеграционной парадигмы интегрирование конфликтующих сторон в единое социально-экономическое, политико-правовое и культурно-цивилизационное пространство позволяет находить новые пути разрешения старых конфликтов, трансформировать ценностные приоритеты, сблизить позиции и интересы сторон. В противном случае, продолжение политики изоляции, игнорирование взаимных потребностей и интересов может обернутся новым витком обострения “замороженных конфликтов”, в результате которого все вовлеченные субъекты окажутся в проигрыше.


Перспективы евразийских регионов


В плане практического воплощения концепта евразийских регионов можно предположить несколько возможных сценариев развития. Во первых, включение непризнанных государств в евразийское интеграционное пространство может осуществляться по принципу Ipso facto (по силу факта). В этом случае непризнанные государства, де юре не входящие в ЕАЭС, де факто могут быть вовлечены в общеевразийскую экономическую интеграцию. По такому механизму сейчас осуществляется сотрудничество с Абхазией, Южной Осетией и с Нагорным Карабахом, которые, по силу своей непризнанности или частичной признанности, формально не участвуют в евразийском интеграционном процессе, но являются частью общеевразийского экономического пространства. Данный подход является одним из вариантов сотрудничества с непризнанными государствами, но не единственным. В долгосрочном перспективе надо учесть и тот факт, что границы ЕАЭС могут расшириться, поскольку как заявляют архитекторы евразийской интеграции, ЕАЭС является открытым проектом, потенциальными членами которого прежде всего могут стать страны постсоветского пространства [8].

Но существенной преградой на этом пути являются именно конфликтные взаимоотношения Грузии, Молдовы, Украины и Азербайджана с членами ЕАЭС (в частности, с Арменией и с Россией) по поводу конфликтов в Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья, Нагорном Карабахе и в Донбассе. Для полноценного урегулирования этнополитических конфликтов на евразийском пространстве надо исходить из той предпосылки, что реально эти конфликты могут быть урегулированы только в том случае, если все конфликтующие стороны окажутся в едином экономическом, политико-культурном пространстве. В ближайшем будущем такой общеобъединяющей субстанциональной формой сотрудничества претендует стать именно ЕАЭС. В этом случае присвоение ранее конфликтным регионам нового статуса – статуса евразийских регионов может существенно снизить конфликтное восприятие проблем, способствовать дальнейшим интеграционным тенденциям и находить более эффективные механизмы взаимовыгодного сотрудничества. А формирование таких евразийских регионов как, например “АНКА” (Армения-Нагорный Карабах- Азербайджан), “ГРАЮОР” (Грузия-Абхазия-Южная Осетия-Россия), “РОПРИМ” (Россия-Приднестровье-Молдова), “РОДОНУ” (Россия-Донбасс-Украина) сможет стимулировать сотрудничество как на региональном уровне, так и превратиться в более крупное интеграционное объединение в рамках ЕАЭС.


[1] См. Галстян Х. Кризисная дипломатия в контексте реализации российской “Smart Power” стратегии [soyuzinfo.am]

[2] См. http://www.coe.int/t/dgap/localdemocracy/Areas_of_Work/Transfrontier_Cooperation/Euroregions/

[3] См. Крутов О. К. вопросу о различном понимании сущности еврорегиона // Креативная экономика. 2012/4(64), с. 126-132.

[4] См. таме же, с 126.

[5] См. Концепцию проекта «Евразийский регион» на международной научно-практической конференции озвучила Нина Штански [https://tv.pgtrk.ru/news/20130925/11390]

[6] “Евразийский регион Приднестровье” [http://www.gumilev-center.ru/evrazijjskijj-region-pridnestrove/]

[7] См. Еврорегионы с участием России, Украины, Белоруссии [https://ru.wikipedia.org/Еврорегион]

[8] См.Путин В.В. Новый интеграционный проект для Евразии — будущее, которое рождается сегодня,http://izvestia.ru/news/502761.

 

Комментарии:

Добавить комментарий






 

Свежий номер журнала